МОСКВА, 10 февраля 2022, Институт РУССТРАТ.

В результате официальной переориентации США на противостояние с Китаем особое внимание в международной политике и конфликтологии приобрел фактор Тайваня. Остров, чьё настаивающее на независимости правительство частично признано 15 государствами, отделен от материкового Китая проливом шириной от 130 до 220 км, находясь примерно на одинаковом расстоянии от Гонконга и Шанхая.

В любом крупном конфликте этот «непотопляемый авианосец» становится весомым аргументом, способным стать как плацдармом для действий против Пекина, так и наоборот – усилить защиту густонаселенного побережья Китая со стороны Тихого океана.

В последние месяцы информационный фон вокруг Тайваня серьёзно накалился: близкие к истеблишменту западные СМИ активно педалируют тезисы о якобы скором и неизбежном вторжении Китая на островную территорию. В качестве одного из аргументов используется возросшая активность ВВС и ВМФ Китая, усиливших количество и качество патрулирования вблизи острова. Особенно интенсивным в этом плане был октябрь, когда в отдельные дни рядом с Тайванем находились до 39 китайских самолетов.

Однако, информационная картина, интенсивно внедряемая в повестку, весьма поверхностно описывает суть происходящего. С военной точки зрения Китай безусловно способен разгромить армию Тайваня – только в соседнем Шанхае на воду спущен уже третий крупный десантно-штурмовой корабль за два года — но необходимость таких действий достаточно сомнительна.

Во всяком случае без внешних триггеров, способных поставить Пекин в безвыходное положение. Кроме того, в тех случаях, когда западные институты проводят независимые исследования, их результаты серьезно подрывают тезис о повсеместном ожидании войны самим Тайванем.

Информационный фон

Анализ западных изданий, специализирующихся на алармистских прогнозах китайского вторжения на Тайвань, показывает серьёзное преобладание эмоциональных и пропагандистских инструментов над попытками объективно оценивать ситуацию. Как правило, публикации основаны на выступающем в качестве аксиомы тезисе, что Китай уже принял окончательное решение покорять Тайвань военным путём, причем в ближайшее время.

В The Washington Post и других связанных с истеблишментом СМИ регулярно публикуются ура-патриотические тексты, посвященные будущей войне с Китаем под предлогом защиты Тайваня.

«Мы не можем позволить Китаю запугивать нас, чтобы мы отступали», пишет Джош Рогин. Подчеркивая, что «перед лицом агрессии бездействие — самый опасный путь из всех возможных», призывая укреплять альянсы США в Тихоокеанском регионе и быть готовым вступить в конфликт с Китаем после вторжения последнего на Тайвань.

Никаких доказательств того, что Китай действительно планирует куда-то вторгаться, автор не приводит. Напротив, фактически он призывает сконцентрировать в непосредственной близости от КНР реальную ударную группировку США под предлогом виртуальной угрозы. Тем не менее, подобная риторика становится базой для антикитайской информационной эскалации, а также поводом для экспертного обсуждения и формирования общественного консенсуса о необходимости инициации различных мер воздействия против КНР.

В качестве одного из многочисленных примеров можно привести публикацию The Financial Times с освещением позиции экс-премьера Японии Синдзо Абэ. В ходе видеоконференции с Тайванем бывший японский лидер предупредил, что «вторжение Китая будет равносильно экономическому самоубийству, так как Китай тесно связан с мировой экономикой, которая отреагирует на атаку против острова». Также Абэ заявил, что Япония и США «не смогут остаться в стороне» в случае атаки Китая.

Абэ ушел с поста премьер-министра в 2020 году, но он остается влиятельной закулисной фигурой в правящей Либерально-демократической партии, особенно в вопросах дипломатии и национальной безопасности, подчеркивает The Financial Times. Напоминая, что именно Абэ в 2019 году активизировал военное планирование потенциального конфликта вокруг Тайваня или спорных островов Сенкаку. Что стало основой для будущих военных учений США и Японии для подготовки к столкновению с Китаем из-за Тайваня.

Стоит отметить, что тем самым Абэ ещё на посту премьера де-факто подверг сомнению ключевую, «пацифистскую» статью №9 конституции Японии. Согласно которой «японский народ на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения вооружённой силы как средства разрешения международных споров».

Кроме бывшего японского премьера о «самых серьезных последствиях» в случае вторжения материкового Китая на Тайвань заявлял госсекретарь США Энтони Блинкен, американский президент Джо Байден, премьер-министр Австралии Скотт Моррисон и многочисленные чиновники на других политических уровнях.

Идея о том, что Тайвань находится на грани военного конфликта с Китайской Народной Республикой распространена в военных кругах США. В марте весьма компетентный специалист адмирал Фил Дэвидсон, командующий силами Индо-Тихоокеанского командования США (INDOPACOM), заявил Комитету Сената по международным отношениям, что «КНР, скорее всего, нападет на Тайвань в течение шести лет».

Риторика противников Пекина о «неизбежном» нападении Китая на Тайвань сопровождается действиями, которые выглядят откровенно провокационными. Специализирующийся на отношениях в Азиатско-Тихоокеанском регионе The Diplomat описывает состоявшийся в августе визит министра здравоохранения и социальных служб США Алекса Азара на Тайвань как знак «усиления своей дипломатической и военной поддержки Тайваня». 

Это было связано с тем, что США согласились расширить пакет военных поставок Тайваню до 5 миллиардов долларов, что включает в себя радары, ракеты и артиллерию. «Китай пригрозил неопределенным возмездием Соединенным Штатам за такие поставки оружия, но маловероятно, что США их прекратят», — отмечает издание. 

По данным агентства «Киодо», ссылающегося на источники в правительстве Японии, Вашингтон и Токио разработали совместный военный план «на случай чрезвычайной ситуации на Тайване» Согласно плану, корпус морской пехоты США создаст временные базы на цепи островов Нансей, простирающейся от Кюсю – одного из четырех главных островов Японии – до Тайваня и развернет там войска. Официальная декларация может быть озвучена на встрече министров иностранных дел и обороны двух стран в формате «2+2» в начале следующего года, сообщило информационное агентство.

«Большинство аналитиков, которых я знаю, считают, что Тайвань может быть захвачен в следующем году, хотя и с большими издержками для Китая и с реальным риском затяжной войны великих держав, которая может перерасти в ядерный уровень», — уверен эксперт Bloomberg Иэн Истон, автор книги «Угроза китайского вторжения: оборона Тайваня и американская стратегия в Азии».

Оборона Тайваня, стоит отметить, с точки зрения интересов самих жителей острова очень часто выглядит весьма своеобразно.

Война до последнего тайваньца

Американские союзники неоднократно делали заявления «в поддержку» Тайваня, которые не могут не вызвать удивления. Так, Taiwan News публикует мнение двух американских ученых, которые рекомендовали уничтожить тайваньскую полупроводниковую промышленность и взорвать заводы микроэлектроники, чтобы сделать остров «непривлекательным» для Китая.

Эксперт Университета ВВС США Джаред Маккинни и политолог Университета Колорадо Питер Харрис представили план в статье под названием «Разбитое гнездо: сдерживание Китая от вторжения на Тайвань», опубликованной в ежеквартальном журнале военного колледжа армии США «Параметры».

По мнению авторов, стратегия «Разбитого гнезда» спровоцирует серьезный экономический кризис в Китае и не даст Пекину укрепиться за счет поглощения высокотехнологичного сектора Тайваня.

Маккинни и Харрис признали, что главная проблема будет заключаться в том, чтобы угроза казалась Китаю правдоподобной. Авторы также выступили за привлечение к потенциальному конфликту других союзников США в регионе, и выдачу Японии, Южной Корее и Австралии разрешений разрабатывать и размещать ядерное оружие на своей территории.

Сложно представить более простое и логичное доказательство справедливости опасений Китая, что Тайвань может быть использован внешними силами как плацдарм для контроля поведения Пекина – в том числе и ядерными средствами. Подобные «ядерные» заявления вызвали серьёзную озабоченность Китая, официальные СМИ которого выдали спектр мнений авторитетных экспертов, сводящихся к одному: ядерное оружие на Тайване Китай не позволит ни при каких обстоятельствах.

В провластных СМИ Тайваня можно отметить, что даже специально отобранные для иллюстрации «китайской агрессии» заявления Пекина имеют одну важную деталь – риторика КНР направлена главным образом против США и Японии, но не против Тайваня. Фактически, в тайваньских СМИ подтверждается — Китай готов на силовое решение «тайваньского вопроса» лишь в качестве ответной меры на угрожающее Пекину усиление военного присутствия США и стран-сателлитов на территории острова.

Западные структуры, изучающие общественные настроения в различных странах, дают весьма интересные результаты, которые серьезно расходятся с повесткой официальных СМИ. Так, в обзоре института Brookings от 13 октября 2021 года констатируется, что «многие официальные лица США склонны думать, что жители Тайваня слишком беззаботно относятся к этой надвигающейся угрозе».

Что, отмечают исследователи, имеет два возможных объяснения. Во-первых, «по прошествии 70 лет военная угроза стала настолько обыденной, что большинство тайваньцев больше не замечают ее и не реагируют на нее». А во-вторых – «тайваньцы считают, что нападение было бы иррациональным и, следовательно, маловероятным».

В мае 2021 года Brookings провел опрос, главной задачей которого было выяснить – насколько согласуются взгляды жителей Тайваня с общепринятым мнением американских чиновников? 57,6% респондентов заявили, что они обеспокоены тем, что война вполне вероятна – так отвечают как респонденты-сторонники тяготеющего к воссоединению с материковым Китаем Гоминьдана, так и сторонники партии «сепаратистов» DPP.

Хотя подавляющее большинство – 79% – респондентов признали, что частота китайских военных действий вблизи Тайваня увеличилась за последние шесть месяцев, это не нашло пропорционального выражения в уровне беспокойства. Когда их спросили, беспокоятся ли они больше, чем шесть месяцев назад, только 30% респондентов ответили утвердительно. На вопрос, считают ли они, что Китай с большей, чем 5 лет назад, вероятностью нападет на Тайвань, 46% респондентов ответили, что да, в то время как 45% сказали, что вероятность не изменилась.

Эти результаты показывают, констатирует Brookings, что жители Тайваня осведомлены, но не обязательно обеспокоены перспективой «скорого военного конфликта с КНР». Они также гораздо лучше осведомлены о возросшей активности НОАК, чем многие американские политики. Однако не все тайваньцы воспринимают эти угрозы как ужасные, а большинство считает, что повода для паники нет.

Несмотря на все милитаристские заявления от собственного правительства, представителей Японии, Австралии и США, уровень симпатий гражданского общества к военным структурам Тайваня оказался, как минимум, неоднозначным.

«Даже с учетом усилий президента Тайваня Цай Иньвэнь», говорится в обзоре, тайваньцы не видят улучшения обороноспособности острова. Когда их спрашивают, как они относятся к способности своего правительства «защитить Тайвань в свете усиления запугивания Пекина», респонденты настроены пессимистично. 25,8% – считают, что обороноспособность Тайваня улучшается, в то время как 35% считают, что Тайвань менее способен защитить себя, чем раньше, а 40% говорят, что в обороноспособности Тайваня нет изменений.

«Очевидно, что необходимы дальнейшие усилия, чтобы убедить жителей Тайваня в том, что их вооруженные силы полностью способны защитить их», — констатируют в Brookings.

Главный вывод, к которому приходят исследователи: мало кто из тайваньцев верит, что конфликт неизбежен – хотя большинство допускает, что он возможен.

«Жители Тайваня, возможно, не так сильно, как американцы, реагируют на усиливающееся запугивание Пекина, но это не потому, что они не знают об этом. Хотя тайваньцы, возможно, и не паникуют, они гораздо лучше осведомлены о своем геополитическом окружении, чем оценивают американские наблюдатели», — завершается обзор Brookings.

Или, другими словами, американские наблюдатели куда более озабочены «неизбежностью» войны Китая с Тайванем, чем на самом Тайване. Примечательно, что процентная доля американцев, желающих войны с Китаем за Тайвань как правило превышает число самих воинственных тайваньцев.

Интересные смысловые оттенки обнаруживаются практически везде, где официальные рупоры американской пропаганды, такие как «Голос Америки» (организация включена в реестр СМИ-иноагентов), общаются с жителями Тайваня непосредственно.

В материале «Что будет делать Тайвань, если Китай вторгнется?» от 21 декабря 2021 года, издание обнаруживает, что жители Тайваня не очень верят в это вторжение, а если оно и будет, то воевать не особо склонны. Больше всего в случае конфликта опрошенных интересует наличие достаточного количества авиабилетов для отбытия с острова, а вершиной «ужасов оккупации» оказывается установление такого режима подчинения Пекину, «как в Гонконге».  Этому, в частности, посвящена отдельная статья The New York Times.

В тех случаях, когда «Голос Америки» опрашивает финансируемых в том числе из США «общественных активистов» ответы полностью соответствуют общей западной риторике. Так, вице-президент правозащитной группы Formosan Association Кен Ву сообщил, что «тайваньцы будут сопротивляться из последних сил», а те, кто не сможет прорваться сквозь блокаду китайских кораблей «уйдет в горы и пополнит отряды повстанцев».

Общаясь с другими социальными слоями, не связанными с проамериканскими центрами правозащиты, журналисты VoA обнаружили, что тайваньцы не боятся отдавать детей в военные школы для «большей дисциплины» и воспитательного эффекта – совершенно не опасаясь за их будущее.

Хотя «как можно скорее» воссоединиться с материковым Китаем, согласно опросу Центра изучения выборов Национального университета Чэнчи, хотят всего 1,5% опрошенных – воевать за независимость жители Тайваня не рвутся. Более половины жителей Тайваня хотят сохранить статус-кво на неопределенный срок или решить вопрос об объединении с материковым Китаем «позже».

Зачем война Китаю

Как уже говорилось выше, в качестве экономического стимула потенциального захвата Тайваня указывается полупроводниковая промышленность острова, играющая ключевую роль в мировом производстве электроники. Компания TSMC, фабрики которой предлагали превентивно взорвать американские эксперты, является мировым лидером производства микроэлементной базы для бытовой и специализированной компьютерной техники.

На TSMC приходится свыше 50% производства мирового рынка полупроводниковых микросхем, и в обозримой перспективе такое положение дел сохранится – ближайший конкурент, GlobalFoundries, имеет не более 10% рынка. На продукции TSMC работает техника китайского Huawei, американского Apple и ряд российских решений по производству процессоров.

Производство процессоров не является технологией, недоступной прочим странам, дело сводится лишь к финансовым издержкам – производство подобной продукции действительно требует инвестиций в размере миллиардов долларов – и фактору времени. Такие ресурсы у Китая есть, и он их активно использует для обеспечения технологического суверенитета.

Согласно документу, опубликованному изданием South China Morning Post со ссылкой на Национальное статистическое бюро, производство полупроводниковых изделий в Китае выросло за прошлый год на 37,6%. За первые пять месяцев 2021 года китайские компании выпустили в общей сложности 139,9 млрд микросхем. Этот показатель назван «выдающимся».

Если сравнивать с объемом выпуска чипов за тот же период 2020 года, с января по май, то рост составил 48,3%. Китай способен обеспечить сверхкомфортные условия работы привлеченным с Тайваня специалистам, необходимым для выстраивания полупроводниковой промышленности КНР, что делает войну с островом необязательным и более затратным при меньшей эффективности мероприятием.

Обратившись к другим социологическим исследованиям можно узнать, что политическое объединение с материковым Китаем поддерживает меньшая часть опрошенных, зато углубление и расширение экономических связей приветствует, так или иначе, подавляющее большинство.

С военной точки зрения Тайвань безусловно представляет большой интерес – но болезненную реакцию Китая и готовность использовать силовые методы обеспечения своей безопасности вызывает попытка использования территории острова враждебными КНР силами. Без этого ключевого фактора у КНР нет достаточно веских причин для экспедиции НОАК, потребовавшей бы значительных ресурсов и жертв.

Вариант, при котором сегодняшние западные союзники Тайваня в критический момент «умоют руки» вполне вероятен. Достаточно вспомнить бегство НАТО из Афганистана. Однако, для захвата Тайваня КНР пришлось бы спланировать десантную операцию, значительно превосходящую масштаб высадки в Нормандии во время Второй Мировой.

НОАК пришлось бы завоевать превосходство в воздухе и контролировать море на значительном расстоянии от зоны боевых действий, чтобы обеспечить доставку на занятую противником территорию десантов с моря и воздуха. В самом общем выражении, материковому Китаю потребуется обеспечить пятикратное превосходство в силах на участках высадки, трехкратное превосходство на главном направлении удара, и не менее 1,5-2-кратного преимущества в целом при проведении десантной операции.

В численном выражении, речь идет о заброске десантом как минимум 10-15 бригад и дивизий – только для захвата плацдарма. В дальнейшем потребуется переброска сотен тысяч бойцов с техникой и вооружением, что потребует огромного напряжения для НОАК.

Подобные операции обычно становятся самой крайней мерой и не проводятся в случаях, где есть хотя бы малейшая альтернатива. Пойти на экспедицию такого масштаба Пекин могут заставить лишь реальные попытки внешних сил использовать Тайвань в военном отношении против материкового Китая. Намного более вероятным и экономичным выглядит массированный ракетный удар по объектам угрожающей Китаю инфраструктуры на территории Тайваня – но и в этом случае необходим факт наличия такой инфраструктуры.

В случае отказа США от милитаризации Тайваня исчезает сама необходимость в каких-либо военных приготовлениях. Как подсказывает опыт Гонконга и Макао, Китай предпочитает проводить экономическую интеграцию – пусть даже на неё уходит больше времени.

Выводы.

1. У Пекина нет объективных причин для военной экспансии против Тайваня, необходимые на текущем этапе экономические выгоды извлекаются и при существующем статус-кво.

2. Информационная кампания в западных СМИ о скорой и неизбежной войне КНР и Тайваня не выражает реальные настроения жителей Тайваня.

3. Общественное мнение Тайваня осторожно оценивает политическое объединение с Пекином, но не видит никаких препятствий для максимальной экономической кооперации с материком.

4. Объективным поводом для беспокойства КНР и возможных силовых реакций со стороны Пекина являются действия США и стран, близких к блоку AUKUS, имеющих явную антикитайскую направленность.

Институт международных политических и экономических стратегий Русстрат

(@russtrat)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.