МОСКВА, 09 марта 2022, Институт РУССТРАТ.

Глава МИД РФ Сергей Лавров 5 марта заявил, что Москва поддержит возвращение к ядерному соглашению с Ираном (Совместному всеобъемлющему плану действий — СВПД) только если Вашингтон гарантирует Москве, что нынешние и будущие санкции против нее «не будут ущемлять взаимодействие России с Исламской республикой».

Лавров уточнил, что договор почти готов, но, с одной стороны, Тегеран «добивается большей ясности по некоторым вопросам», с другой, появились проблемы у Москвы.

Как сообщил российский министр иностранных дел, соглашение с Ираном открывает двери этой страны для сотрудничества в области «мирного атома» и других секторов экономики, в том числе с Россией. Но, добавил Лавров, «та лавина санкций, которая обрушилась на Россию с Запада, и которая еще не завершилась, заставляет нас требовать четких гарантий, что эти санкции не затронут режим торгово-экономических и инвестиционных связей, который заложен в соглашении с Ираном».

При этом он специально упомянул о будущем военно-техническом сотрудничестве России с Ираном.

В связи с этим «Москва требует письменных гарантий по этому вопросу на уровне, как минимум, госсекретаря США». В переводе на обычный язык это означает, что переговоры в Вене по СВДП могут быть приостановлены. Такой ход не предполагали другие участники переговорного формата в Вене.

По словам представителя Евросоюза Энрике Мора, который прогнозировал выход переговоров на завершающий этап, некоторые «сюрпризы» ожидались только с иранской стороны, которая держала в рукаве «определенные нерешенные актуальные вопросы».

«Сложилась парадоксальная ситуация. Ранее российская дипломатия выступала в роли чуть ли не главного посредника между США и Ираном. Речь шла о российском варианте СВПД, который предусматривает ограничение иранской ядерной программы в обмен на частичную отмену санкций», — пишет в своей статье директор Института РУССТРАТ Елена Панина.

В свою очередь Тегеран должен был обязаться не обогащать уран до 60%, а уже накопленные запасы высокообогащенного урана перевезти в Россию. В случае выхода Вашингтона из нового соглашения у иранцев оставалось бы право наращивать ядерный потенциал, что фактически являлось сдерживающим фактором для Вашингтона.

Россия предпринимала немалые усилия, чтобы убедить Иран пойти на компромиссы. Не случайно этот вопрос рассматривался недавно в Москве в ходе переговоров президента Ирана Ибрахима Раиси с российским президентом Владимиром Путиным. Ранее Путин обсуждал этот вопрос и в ходе переговоров с президентом США Джо Байденом. Тогда стороны выражали надежду, что переговоры, которые были возобновлены в ноябре прошлого года в Вене, «позволят всем участникам найти оптимальное решение».

Но ситуация изменилась. Раньше Израиль требовал от США отказа от подписания СВПД, грозился «сохранить свободу рук» и в случае чего «нанести бомбовые удары по ядерным объектам в Иране». Как говорил министр финансов Израиля Авигдор Либерман, «даже при возобновлении СВПД, по самым консервативным оценкам, Иран будет обладать ядерным потенциалом в течение пяти лет. Никакие дипломатические шаги или соглашения не остановят иранскую ядерную программу. Это проблема международного сообщества и, в первую очередь, наша проблема».

Теперь соглашение блокирует Москва. В ходе недавнего визита в столицу России премьер-министра Израиля Нафтали Беннета иранский вопрос стоял в переговорной повестке в его диалоге с Путиным. Как констатирует израильская газета The Jerusalem Post, «украинский кризис и иранская ядерная программа объективно оказываются упакованными в один пакет».

Более того, Израиль обеспокоен тем, что Москва намерена развивать военное сотрудничество с Тегераном, несмотря на американские санкции. Это открытый российский вызов Вашингтону, у которого нет альтернативного соглашения по Ирану или других предложений.

Кроме того, что американцы хотели бы по своему сценарию разыграть Тегеран: выпустить на рынок иранскую нефть, чтобы сбить цены на нее и заместить российскую нефть в случае объявления энергетического эмбарго против Москвы. Появились сообщения, что советники Байдена обсуждают возможность его визита в Саудовскую Аравию «в течение марта», чтобы попытаться убедить Эр-Рияд увеличить объемы добычи нефти.

Теперь США приходится иначе расставлять свои приоритеты на Ближнем Востоке. Пока они отвергли выдвинутые Москвой требования о «письменных гарантиях» нераспространения введенных против России западных санкций на ее отношения с Ираном. Но это пока.

Что касается позиции самого Тегерана, то по всем признакам нынешний ход событий для него не является сюрпризом. Он не будет доводить ситуацию до вооруженного конфликта с Израилем хотя бы потому, что ему невыгодно превращать себя в исключительно «израильскую проблему». К тому же Москва дала понять Ирану, что намерена упредить негативный для него сценарий в ходе переговоров с Израилем.

«Таким образом, можно констатировать: между Москвой и Тегераном появились признаки более тесного взаимодействия и сотрудничества в сфере обороны, а на некоторых направлениях стала формироваться единая политическая и стратегическая позиция и общие действия», — пишет Елена Панина.

Институт международных политических и экономических стратегий Русстрат

(@russtrat)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.